seagull26
Дэдлайн? Какой дэдлайн?
Название: Каннибал
Автор: Чайка
Фэндом: One Piece, Дружба — это чудо, Ганнибал (сериал), Парфюмер
Пейринг: Зоро/Санджи, камео Пинкамены, Ганнибала и Жана Батиста Гренуя
Жанр: дарк, ангст, слэш, экшен, кроссовер, AU
Рейтинг: R
Размер: миди (13 500 слов)
Статус: завершен
Описание: Санджи пытался сбежать от своей сущности и традиций своего острова, но они настигли его на Гранд Лайн
От автора: Таймлайн после Арабасты, но до арки Ватер 7
Предупреждение: каннибализм; ОМП, ОЖП
Дисклаймер: Мне ничего не принадлежит, кроме задумки

Пролог и Глава 1. Прибытие на остров

Глава 2. Охота на пиратов

Глава 3. Ужасающая правда

Первым, что почувствовал Зоро, когда очнулся, были наручники. Открыв глаза, он увидел огромное помещение, напоминавшее собор или что-то похожее, повсюду вдоль стен стояла стража. Оглядевшись по сторонам, мечник увидел остальных накама. Нами и Усопп тоже в цепях и, судя по всему, на Луффи, Робин и Чоппера были надеты наручники из кайросеки, иначе они бы уже давно освободились. Не хватало лишь одного члена команды.

— Вижу, вы проснулись, хито-хито-хито, — прокатился по стенам противный смех, и мугивары невольно обратили внимание на источник звука.

Им был мужчина, очевидно блондин. Что ввысь, что вширь, он превосходил размеры нормального человека. На парадном кителе висели многочисленные ордена и медали, голову его венчала тяжелая от драгоценностей корона, а подле него стояла принцесса, так что сомнений не оставалось — перед мугиварами стоял сам король этого чертового острова, а они находились в королевском дворце.

— Я — Амин Хитокуи, Прямой Потомок Первых Переселенцев, Повелитель Всех Зверей и Морских Королей в частности, адмирал Морского Дозора в запасе, Покоритель Гранд Лайн и Избранный Правитель этого острова, — без запинки перечислил король, даже список не потребовался. Усопп оценил такую наглую и откровенную ложь. — Как самое высокопоставленное лицо я хочу поприветствовать вас на острове каннибалов, и отсюда нет спасения пиратам. Нам очень повезло, что приплыли две команды подряд.

У мугивар в жилах стыла кровь, и не только из-за дефектов отопления. Каждый из них не мог поверить, что такой доброжелательный и гостеприимный остров хранил ужасную тайну. Люди только притворялись нормальными, вели торговлю с другими странами и пропускали транспортные и частные суда, чтобы показать свою истинную сущность, когда объявятся пираты.

— Что все это значит? Нам сказали, что мы приглашены на ужин! — возмущался Луффи. Вместо еды его связали дурацкими наручниками из кайросеки, Санджи странно себя повел, и Мугивара совершенно не понимал, что тут вообще происходит.

— Обещаю, вы на нем будете присутствовать, но кто сказал, что вы будете есть? Хито-хито-хито, — вновь раздался противный смех, который подхватила принцесса, прикрывая рот тыльной стороной ладони.

Девушка-фруктовик погладила отца оп плечу, чтобы тот замолчал. Принцесса вышла вперед, зашуршав многочисленными складками вечернего платья, и взяла слово.

— За время существования острова мудрыми предками было найдено средство, как избежать постоянного голода, недостатка средств государственной казны и материалов для постройки кораблей. — Непентес сделала драматическую паузу перед тем, как воскликнуть: — Они придумали убивать пиратов! Их корабли можно выдать за свои, сокровища присвоить, а имущество — распродать.

Мугивары не услышали ничего нового, их все время пытались убить по различным причинам. Когда ее слова не произвели ожидавшегося эффекта, принцесса не смутилась, а продолжила объяснять дальше. Основное блюдо было впереди.

— Пиратов никто не хватится, правительство предлагает за их головы награды живыми или мертвыми, тогда какая кому разница? Пираты грабят и убивают, разоряют государства и мешают торговым сообщениям. Они хуже, чем скот! А что такого в том, чтобы есть скот?

Как самого слабого желудком, вырвало Усоппа. Он только сегодня пробовал мясные деликатесы острова, и при мысли о том, что они прежде могли ходить на двух ногах и разговаривать, парня вывернуло наизнанку. Остальные были либо устойчивее, либо не ели за пределами Гоинг Мэрри.

— Эй, то есть вы собирались обокрасть нас?! — завопила Нами. Это она всегда крала у пиратов, но чтобы крали у нее? Она не могла стерпеть такой наглости.

— Это все, что тебя волнует? — удивился Зоро, хотя мог бы уже и привыкнуть, что банк для рыжей ведьмы важнее жизни. В данном случае, их жизней.

— Постойте! — вдруг перебил готовых подраться навигатора и мечника Чоппер. Из-за цепей из кайросеки он совсем ослабел, но маленький олененок пытался докричаться до каннибалов из последних сил до. — Если вы постоянно употребляли в пищу человеческое мясо, тогда вы все должны быть больны!

— Что и ожидалось от коллеги, — привлек к себе внимание Ректор-сенсей. Он стоял на миниатюрной кухне и натачивал ножи, как всегда одетый с иголочки в дорогой костюм. Все, кому удалось поймать пиратов, присутствовали здесь, чтобы получить свою долю. — Наши медики давно интересовались этим вопросом и выяснили, что этой болезнью можно заразиться, только если употреблять мясо в сыром виде. Как жаль, что вы съели Дьявольский Фрукт. Мне было бы очень интересно попробовать человеческое мясо с привкусом оленины.

— Ой, тогда можно мне, ведь можно? — запрыгала на месте кондитерша в розово-голубом платье. Она занималась сервировкой стола в центре зала. Наверное, у нее было плохо с математикой потому, что стол был накрыт на шесть персон, и явно не для мугивар. — Я как раз хотела себе вешалку из оленьих рогов.

— Эй, не делите шкуру неубитого оленя! — вступился за олененка Зоро.

Они еще не умерли, так что каннибалы рано радовались. Мечник обязательно что-нибудь придумает, и тогда они все вместе вернуться на корабль. А с тупой поварешкой он разберется позже.

— Почему жаль? Что такого в людях, съевших Дьявольские Фрукты? — Робин это заинтересовало, так как археолог имела личные счеты с хозяином книжного магазина. Его спасало только то, что ее силу ограничивали наручники из кайросеки.

— Глупцы! — на весь зал прокричал король, и эхо только усилило эффект. — Дьявольский Фрукт полностью изменяет тело пользователя, поэтому невозможно предугадать, какой эффект получится, если съесть фруктовика. А ведь столько драгоценного мяса оказывается испорченным! Знайте, для этого острова нет ничего омерзительнее, чем проклятые Морским Дьяволом!

— Троих из вас оставят в живых, и вы будете наблюдать, как ваших драгоценных накама приготовят и съедят у вас на глазах. Затем убьют, а тела отправят Морскому Дозору в обмен на вознаграждение, — Непентес рассказала отработанную схему, по которой команда за командой пиратов находили здесь свою смерть. Везунчики умирали первыми.

— Да ведь ты сама фруктовик! — Зоро один из всей команды, за исключением Санджи, знал, что принцесса съела Дьявольский Фрукт, что явно шло в разрез с принципами этого острова.

— Заткнись! — лицо Непентес исказила злобная гримаса. Видимо, девушка очень не любила, когда затрагивали эту тему, поэтому перевела внимание на другую. — Пора начинать. Сегодня на нашем пиру присутствует один особый гость. Пригласите мистера кока.

Пара стражников, что стояли около неприметного выхода позади кухни, раскрыли двери. Из темноты, как из адского зева, который поглощал останки пиратов (если таковые имелись), раздалось четкое постукивание каблуков. Мугивары в ожидании затаили дыхание. Звук приближался, становился все громче и ближе, и, наконец, появилось приглашенное лицо. Блондин был одет в непривычный для накама костюм ярко-красного цвета, все было словно покрыто кровью: красные ботинки, красные брюки и красная жилетка. Только рубашка была такого же цвета, как ледяные синие глаза блондина.

— Санджи! — закричал Луффи. — Объясни, что происходит!

Санджи молча, не обращая внимания на крики капитана, прошел на кухню и закатал рукава рубашки, как всегда делал, когда начинал готовить.

— Санджи, ответь! — кричали Нами и Чоппер, Робин молча наблюдала за действиями корабельного повара, а Усопп не мог избавиться от привкуса во рту.

Блондин провел рукой по рукояткам ножей, ощущая темную ауру, исходившую от них и выбирая тот, который отзовется приятным покалыванием в кончиках пальцев. Зоро не раз рассказывал, что у катан есть собственная душа, настроение и даже характер. В этот момент Санджи понимал мечника как никто другой, ведь для кока ножи тоже были живыми существами.

— Луффи, я больше не могу плавать с вами, — Санджи оторвал взгляд от рядов ножей, так и не найдя того единственного. Блондин ждал, когда Мугивара начнет кричать или допрашивать, но Луффи предельно сосредоточенно молчал, ожидая, пока Санджи не выскажется. — Я такой же, как они. В традициях моего острова было принято съедать части умерших родственников. Я ел человеческое мясо, а родители хвалили, какой я молодец! Я — каннибал!

Усоппа едва не стошнило вновь, но видимо, все уже вышло. Остальные словно языки проглотили, им нечего было на это ответить. Накама, которого они так долго знали и с которым плавали на одном корабле, скрывал ото всех темную сторону своей биографии.

— Давай вернемся, Санджи! — позвала его Нами, черт, да она готова была солгать ради того, чтобы кок вернулся в команду, и все стало как прежде. — Я никогда тебе не говорила, но ты мне нравишься!

— Я не могу, — поразительно, но слова рыжеволосой девушки не возымели никакого эффекта.

— Что?! На него даже обаяние нашего прекрасного навигатора не подействовало?! — Усоп кое-как пришел в себя от шока.

— Для меня нет места на вашем корабле, — продолжал бубнить себе под нос Санджи.

— Зоро? — Луффи не интересовали слова Санджи, все внимание капитана было приковано к другому накама. Никогда прежде Мугивара не видел собственного мечника таким взбешенным.

Каждая мышца Ророноа напряглась до предела, что цепи затрещали, зубы хотели сжимать третью катану, но лишь перетирали сами себя, под кожей налились и взбухли вены, а глаза наполнились жаждой убийства. Одного. Блондинистого. Кока.

— И это ты считаешь достаточным основанием, чтобы покинуть команду? — высказался Зоро. Но словами было не передать, какая буря разразилась в душе Ророноа.

Тех, кто покидает команду и предает своих накама, Зоро считал слабаками и трусами. Это никаким образом не вязалось с чертовой поварешки, который с первого дня вступления в команду не проявлял и намека на слабость. Мечник смотрел Санджи в глаза, где не отражалось никаких эмоций, словно сердце блондина сковало льдом.

— Вы не знали настоящего меня.

Этого оказалось достаточно, чтобы привести мечника в настоящую ярость. Зоро закричал от усилий, которые заставили цепи жалобно затрещать, кольца начали расходиться, и наконец не выдержали. Силой воли ему удалось разорвать наручники и высвободиться.

— Стража! Немедленно схватить его! — в панике закричал король Хитокуи. Никогда прежде он не видел такой звериной мощи. Обычно пираты, которые попадали к нему на стол, не проявляли такой активности.

Стражники, стоявшие раньше неподвижно, побежали к Зоро, гремя латами и направив на него мечи и алебарды. Ророноа неспеша взял в рот белую катану и достал из ножен две других, принял боевую стойку, дождался, пока противники подойдут вплотную, и прокричал название техники:

— Тацу Маки! — и стражников раскидало в стороны мощным вихрем.

Кого не задело, Зоро добивал отдельно, а остальные разбегались в стороны при одном только взгляде мечника. Пока никто ему не мешал, он вернулся к закованным накама. Ророноа не умел разрезать наручники из кайросеки, поэтому сильнее сжал катану в зубах. Он мог освободить только двоих.

— Зоро, что ты делаешь? — синхронно застучали зубами Нами и Усопп, завидев идущего на них Зоро с занесенными катанами.

— Сидите спокойно и не дергайтесь, — посоветовал Ророноа друзьям.

Мечнику однажды удалось разрезать сталь, повторить не составит труда. Зоро сконцентрировался, выровнял дыхание и на выдохе выполнил технику. Усопп и Нами едва уловили движение, как мимо них пронесся поток ветра, и в следующую секунду наручники оказались на земле.

— Достаньте ключи и освободите остальных!

Зоро почувствовал, что к нему приближалась аура настоящего хладнокровного убийцы. Им оказался мужчина в костюме, доктор Ректор. В руках он держал большой тесак для разделки говяжьих туш и приготовился нападать.

— Он — моя добыча! — раздалось со стороны кухни. По Праву Поимки мечник принадлежал Санджи, и доктору пришлось остановиться. Ректор отошел в сторону и собрался наблюдать за боем на расстоянии.

— Мисс Пинкамена Д. Пай, — обратился он к розоволосой девушке. — Разберитесь с остальными.

— Оки-доки! — девушка отсалютовала и побежала искать в толпе оставшихся двух беглецов.

Зоро позволил себе отвлечься на странную девушку с инициалом Ди в имени и не заметил красного волчка, который появился у него над головой. Мечник после тысяч спаррингов с коком интуитивно принял позицию, чтобы отразить удар ног, но неожиданно услышал звон стали о сталь.

— Маримо, ты в курсе, почему кухонные ножи никогда нельзя использовать в качестве оружия? — спросил блондин, подбрасывая и приноравливаясь к двум длинным и острым ножам. Конечно, Зоро не знал правильного ответа, и Санджи сказал за него: — Потому что, раз попробовав человеческой крови, они уже не могут ей насытиться.

***
Нами обыскивала карманы всех стражников, что успел положить Зоро, в то время как Усопп прикрывал ей спину, иначе ему грозило я-увеличу-твой-долг-если-умру-и-не-придирайся-как. Но пока что поиск ключей не давал результатов, зато Кошка Воровка нашла нечто более ценное, а именно — набор отмычек и Клима Такт, которые у нее забрали, пока она была без сознания.

— Мои хорошие. Я-то думала, куда вы делись, — эти отмычки не раз спасали жизнь рыжеволосой девушке, когда ее ловили на грабеже, или помогали открыть особо сложный замок, отделявший воровку от сокровищ.

Теперь у Нами было все, чтобы освободить друзей и постоять за себя. Собрав Клима Такт в два счета и легко уворачиваясь от стражников, навигатор устремилась к пленникам, когда перед ней разбилась тарелка, чудом ее не задев.

— Я нашла вас! — воскликнула розоволосая девушка. В одной руке она держала стопку тарелок, а второй бросала их так быстро, что движения сливались воедино.

Нами застыла на месте, когда в нее полетела стая белых блюдец, но ни одно из них не долетело до цели. Усопп стоял с вытянутой рогаткой и надвинутыми на глаза очками, честно отрабатывал свой долг и прикрывая спину Нами.

— Я задержу ее, а ты освободи остальных, — скомандовал Усопп. Это была битва между двумя необычными снайперами, которая не касалась навигатора, поэтому девушка поспешила смыться с линии обстрела.

— Не уйдешь! — разозлилась кондитерша.

Вместо тарелок на этот раз она взяла ножи и вилки со стола каннибалов — идеально наточенные и чертовски острые. Инструменты полетели в спину навигатора, однако Пинкамене пришлось закрыть глаза от ярких вспышек взрывов.

— Кайяку боши! — снайпер мугивар демонстративно подбросил в руке шарики с порохом.

В ответ каннибалка использовала буквально все, что подвернется под руку на столе: посуду, столовые приборы, фрукты, даже вазу. Но этого было недостаточно: Усопп отвечал выстрелом из рогатки на каждый бросок розоволосой девушки. Тогда она взялась за скатерть и сдернула ее со стола так быстро, что все тарелки остались на своих местах. Белая материя на мгновение скрыла девушку из виду. Она застала Усоппа врасплох, когда тот едва успел отразить атаку и пропустил пару ножей, которые полетели в сторону Нами.

За доли секунд снайпер понял, что физически не успеет взять новые снаряды, зарядить их в рогатку и выстрелить, поэтому он решил использовать то, чем располагал в данный момент — своим телом. Ему удалось словить ножи правым бедром и левым плечом, однако при падении он подвернул лодыжку и ободрал кожу на правом плече.

— Теперь мы можем, наконец, поиграть, — произнесла каннибалка, приближаясь к Усоппу.

Не зная о происходящем у себя за спиной, Нами зря времени не теряла. Первым делом она принялась открывать наручники Луффи. Грозовые облачка вокруг Нами надежно защищали от тех, кто хотел поднять на нее оружие, и вместо этого получал заряд молнии. Воровка слишком долго для своего богатого опыта возилась с замком, но он наконец поддался, открывшись со щелчком.

***
Не успели наручники коснуться земли, Луффи уже бежал напрямик к королевскому трону. Мугивара всегда интуитивно знал, кому следует надрать задницу в первую очередь, а своего накаму он всегда успеет хорошенько стукнуть по голове, чтобы мозги встали на место.

Казалось, вот он король, преспокойно сидел, едва помещаясь на троне и прогибаясь от тяжести короны и наград, сидел и не двигался с места. Луффи в легкую раскидал стражу, пытавшуюся загородить ему путь, перепрыгнул сразу через десяток ступенек, ведущих к трону, и вытянул правую руку, чтобы вырубить короля одним ударом, однако его путь загородила принцесса. Многочисленные складки ее синего платья надежно скрывали от не натренированного взгляда длинную плеть с шипами по всей длине, напоминавшей лозу, которая обвилась вокруг резиновой руки Луффи и вонзилась в нее острыми колючками. Замах, и Мугивару впечатало в пол.

Непентес размахивала хлыстом, разгоняя вокруг себя туман странного зеленого цвета. Монки вспомнил, как Зоро говорил что-то о том, что она — фруктовик. Принцесса за считанные секунды исчезла из виду, окутав себя и Луффи непроницаемой стеной из едкого запаха.

— Мистер пират, — раздался в тумане голос Непентес. — Вы знали, что растения вырабатывают запахи, токсичные для вредителей? А еще у них есть шипы.

С разных сторон на Луффи обрушивались удары плетью, рассекая кожу и плоть. При этом хлыст позволял наносить удар с одной стороны, когда сама принцесса находилась в другой.

— Гому-гому но мучи! — Луффи разрезал ногой зеленую мглу, но безрезультатно. В таком густом тумане он не мог видеть противника, к тому же у Мугивары начало резать глаза, и зрение быстро ухудшалось. — Почему ты его защищаешь? Он же ненавидит фруктовиков!

Все, что Луффи думал по этому поводу, осталось невысказанным, потому что его шею обвил шипастый кнут. Принцесса резко потянула его на себя, заставив Мугивару упал прямо перед блондинкой на колени. Он пытался ослабить удавку, чтобы получить доступ к кислороду, однако заместо этого лишь раздирал ладони до крови.

— А вы, пираты, хоть представляете себе, что значит жить на острове каннибалов? Где каждый смотрит на тебя как полуготовую закуску?! — Непентес перешла на крик, срываясь на другого фруктовика за то, что напоминал ей о прошлом. — Родившись принцессой, моя судьба была предрешена. Меня собирался съесть собственный отец, и я убежала так высоко, как могла, спрятавшись в теплицах для винограда. Я увидела странные плоды со спиралью и сразу поняла, что мне надо делать. Теперь я могу спокойно умереть, зная, что мое тело не съедят!

Девушка явно находилась не в себе. Она многое пережила в детстве, что окончательно сказалось на ее психике, и принцесса сошла с ума. Весь этот остров сошел с ума, напоминая психбольницу со свободным посещением. Войти в нее можно было, однако не факт, что тебя выпустят оттуда живым.

Непентес затянула удавку еще туже, лишая Луффи даже небольшой возможности дышать. Вкупе с разъедавшим глаза ядовитым запахом последняя надежда покинуть этот остров таяла на глазах. Принцесса так наслаждалась своим триумфом, что не заметила в болотно-зеленом тумане еще одну надвигающуюся тень. От нее отделилась другая потоньше, и лишь в последнюю секунду Непентес увидела, как на нее летит палка или дубинка.

— Предоставь ее мне, Луффи! — навигатор пришла спасать своего горе-капитана, когда освободила всех накама от наручников. С конца ее Клима Такта капала кровь.

— Да! Рассчитываю на тебя! — Луффи разорвал хлыст и вернул себе возможность свободно дышать. Он знал, что может довериться Нами, поэтому отправился на собственную битву. — Гому-гому но…

Луффи выбежал из тумана, оставив девушек разбираться между собой. Непентес поднялась, вытерла кровь с виска и попробовала ее на вкус. Принцесса каннибалов улыбнулась, опять зашуршала складками платья и вытащила пристегнутый к бедру серп.

— В этот раз тебе не уйти. Я добавлю твою красоту к своей и стану еще прекраснее, — привлекательность Непентес нельзя было отрицать, и Нами всерьез задумалась, сколько девушек та убила до этого. Однако не время было восхвалять врага.

— Что-то у вас тут слишком холодно, — пожаловалась Нами, для пущего эффекта обхватив себя руками. Оранжевая футболка ее совершенно не согревала. — Стоит добавить тепла. Шар тепла!

Навигатор раскрутила одну из трубок Клима Такта у себя над головой, создавая теплый поток воздуха и развеивая туман. Принцессе это не сильно понравилось, поэтому она перешла в атаку. Серп со звоном натыкался на вторую трубку, когда Нами отражала удары, одновременно выдувая шары теплого воздуха. Стало достаточно жарко, и Непентес начала терять терпение. Сгустив туман и подобравшись со спины, она с максимального размаха полоснула по фигуре навигатора, но рассекла лишь воздух.

— Темпо миража! — еще пять фигур Нами окружили принцессу.

Она не знала, какое из видений правдиво, поэтому стала атаковать все в произвольном порядке. Раз за разом ей не везло, и вот когда осталась только одна фигура, Непентес вложила все силы в удар. Последний мираж развеялся одновременно с уверенностью принцессы.

— Прогноз погоды на сегодня: ожидается значительное потепление, возможны осадки и грозовая активность! — Непентес обернулась на голос Нами. Девушка объявила название техники, когда молния обрушилась на принцессу. — Грозовое темпо!

Навигатор устала после битвы с фруктовиком, но это была хорошая усталость. Девушка все лучше и лучше осваивалась со своим новым оружием и могла защитить тех, кто ей дорог. Теперь накама не придется вечно ее защищать.

После того, как Непентес потеряла сознание, туман начал рассеиваться, открыв темный силуэт за спиной Нами. Среди приглашенных каннибалов был еще один, которому не нужны были глаза, чтобы ориентироваться в пространстве. Он находил своих жертв по запаху, оставаясь никем не замеченным. Жан Батист схватил рыжую девушку со спины и начал душить.

***
— Не подходи ко мне! У меня восемь тысяч последователей и они скоро будут здесь! — Усопп запаниковал при виде розоволосой каннибалки с ножом в руке. Она качала им как маятником при каждом шаге.

— Глупенький, разве тебе мама не говорила в детстве, что врать не хорошо? Нет у тебя никаких последователей, — сказала девушка с видом, будто знала все на свете. — Ты выглядишь так, словно на родном острове тебя ждет девушка, которую вы спасли от пирата, притворявшегося дворецким, и теперь вы путешествуете на корабле, который она подарила вам в знак благодарности.

— Как ты это узнала?! — Усопп едва мог найти свою челюсть от шока.

— Просто догадка, — отмахнулась кондитерша, для нее это было обычным делом. И как тогда в кондитерской, ее настроение мгновенно сменилось с дружески-веселого на убийственно-серьезное. — Может, мне стоит укоротить для начала этот длинный нос?

Пинкамена взяла Усоппа за воротник футболки, притянула почти вплотную и провела ножом по щеке снайпера, примеряясь и замахиваясь для удара. Длинноносому удалось увернуться, и острое лезвие срезало немного волос с макушки. Неожиданно для девушки, каннибалка держала крепко и не выпускала свою добычу из рук. Деваться Усоппу было некуда

— Не тронь моего друга! — Чоппер прискакал как раз вовремя. Копыта так и стучали по каменному полу, когда он набирал силу, чтобы с разбегу боднуть каннибалку. — Усопп, как ты? Врача, врача! Ах, это же я.

После того, как Нами открыла замок его наручников, Чоппер в первую очередь поскакал к Усоппу. У олененка остались личные счеты с той, что их поймала столь нечестным способом. Он быстро вытащил два ножа и перевязал раны.

— Если бы не ты, моей самой узнаваемой части пришел бы конец. Я по гроб жизни тебе обязан, — снайпер поблагодарил друга, вставая на ноги. Когда рядом был один из накама, коленки Усоппа переставали дрожать.

— Лучше бы тебе язык отрезали, кретин! — олененок принял самую маленькую и милую из своих форм, буквально излучая удовольствие, что противоречило его словам.

Пока пираты обменивались любезностями, розоволосая девушка пришла в себя. Добрее от того, что ее чуть не забодала будущая вешалка, кондитерша не стала. Усопп выстрелил одновременно тремя пороховыми зарядами, но девушка отбила их, запустив тарелки со стола. Таким темпом, мугивары не сдвинуться с мертвой точки, а что получалось у Усоппа лучше, чем стрельба из рогатки?

— Сладкая звезда! — Усопп подкинул в ладони и выстрелил из рогатки шариком красного цвета, который полетел прямо в рот каннибалке.

— Обожаю сладости! — кондитерша ела много сладкого и не могла прожить без него и дня, поэтому с радостью заглотила шарик. Раскусив его, она в полной мере ощутила вкус и моментально завопила: — Жжется! Горячо! Воды!

— Ложь Усоппа! Не верь всему, что я говорю, — Усопп потер свой длинный нос. Вместо сладкой конфеты он взял шарик со жгучим соусом табаско. — Твой выход, Чоппер-кун!

— Рамбл болл! — Чоппер разгрыз пилюлю дополнительных трансформаций. Он приобрел человеческую фигуру с сильно раздутыми плечевыми мышцами. — Усиление рук!

Пока каннибалка побежала обратно к столу за графином с водой, Чоппер за пару прыжков тонких ног добежал до нее. Девушка обернулась как раз вовремя, когда Чоппер прокричал название техники: «Коктей Розео!». На лбу у нее остался красный отпечаток копыта в виде лепестка сакуры. Теперь кондитерше неповадно будет кормить гостей всякими странными кексами.

— Усопп, у меня есть еще одно незавершенное дело, — олень замотал головой, пытаясь отыскать кого-то в толпе.

— Удачи! — пожелал ему Усопп, и друзья разбежались в разные стороны.

У серенного оленя оставалось чуть меньше девяноста секунд, чтобы найти нужного ему человека.

***
Нико Робин самой последней освободилось от наручников, но ей требовалось не так много времени, чтобы найти свою цель. Способность выращивать глаза на разных поверхностях в этом очень помогала. Мужчина, которого она искала, наблюдал за битвами со стороны, не утруждая себя тратой сил и энергии, если всю работу могли сделать без него.

— Я нашла вас, доктор, — Ганнибал никуда не двигался с места, и Робин не было смысла спешить. Археолог неторопливой походкой приблизилась к нему. — Каннибализм как часть истории должен остаться в истории.

Ганнибал стоял неподвижно, позволяя жертве самой подойти поближе. Однако их прервали около десятка стражников, которые окружили женщину-пирата, при этом держась на достаточном расстоянии. У кого-то тряслось оружие, а по спинам стекал холодный пот при виде вживую «Ребенка Демона» Нико Робин. По команде начальника стражи, они одновременно напали, смыкая круг, чтобы ей некуда было бежать.

— Крылья! — из спины Робин стали вырастать руки, из них — другие, и так дальше, пока не сформировали два крыла. Взмах, и археолог оторвалась от земли, оставляя внизу нападавших. Она скрестила руки на груди, чтобы сконцентрироваться. — Двадцать цветов!

Когда Робин приземлилась, весь отряд был выведен из строя, а между ней и доктором стоял лишь командующий стражи. Он доблестно загораживал Ректора своим телом, одновременно пытаясь оттолкнуть его подальше.

— Господин, она проклята Морским Дьяволом! Отойдите…

Стражник не успел договорить, как доктор моментально оказался вплотную к нему и одним резким движением свернул ему шею. Тело, не сопротивляясь больше гравитации, повалилось на землю.

— Это же был ваш человек! — в шоке воскликнула Робин. Женщина запоздало поняла, что взывать к нравственности человека, который убил и съел десятки, а то и сотни людей, просто бессмысленно.

— Он стоял у меня на пути, — без тени эмоций как в голосе, так и на лице, сказал Ректор. Он не пытал оправдать себя, а лишь назвал причину, которую считал достаточной для убийства. Для него все люди были не более чем скот в загоне.

— Пятнадцать цветов! — Робин трясло от животного страха перед настоящим хладнокровным убийцей, спокойный и собранный вид которого заставлял все инстинкты ощетиниться.

Изящные руки появились на разных поверхностях, опутывая доктора надежной сетью с целью обездвижить, а затем сломать. Однако врач-каннибал среагировал быстрее, достав припрятанные в рукавах скальпели и изрезав каждую руку по отдельности. Фальшивые конечности распались на лепестки, а боль в настоящих осталась, не давая пошевелить и пальцем. Робин попыталась сбежать, спрятаться в укрытие, чтобы с безопасного расстояния нейтрализовать противника, как она всегда и поступала, но Ректор-сенсей точным движением метнул скальпель прямо в ахиллово сухожилие. Женщина вскрикнула от боли и упала на землю.

— Если будете дергаться, я не смогу убить вас красиво, — все таким же безразличным голосом предупредил Ректор. Он никогда не терпел спешки как в вопросах убийства, так и в вопросах приготовления.

Робин одним резким движением выдернула скальпель, острая боль вновь пронзила все тело, а из раны начала струиться кровь. Говорят, вся жизнь мелькает перед глазами, но Нико Робин подумала лишь о том, что никто не придет на помощь такой женщине как она.

— Робин, держи его на месте! — вовремя появился Чоппер. Не у одной Робин были счеты с доктором-каннибалом.

— Десять цветков! Захват! — выросшие руки скрутили врача-каннибала, не давая тому пошевелиться ни единой конечностью. — Доктор-сан, полагаюсь на вас!

— Рогатая форма! — услышал Ректор из-за спины, а также звук приближающихся копыт. Каждый ветвистый рог заканчивался острым концом, венчая оленя смертельной короной. Взрослые особи могли противостоять медведю, оставив ему значительные повреждения.

Выращенные руки Робин рассыпались на мелкие лепестки сакуры в тот момент, когда Чоппер пронзил врача-киннабала насквозь. Острия торчали из живота и пробили легкие, из ран тут же потекла кровь, создавая впечатление, что на ветках рогов расцвели кровавые цветы. С неимоверной силой олененок поднял тело Ректора в воздух, и он, насаженный, повис тряпичной куклой.

В гневе, повинуясь животным инстинктам, Чоппер помотал его из стороны в сторону, и только потом скинул с рогов, которые окрасились в красный цвет. От значительных травм и кровопотери Ректор потерял сознание. Никто не знал, очнется ли он снова.

***
Возвращаясь обратно к Нами, шею девушки продолжал сдавливать парфюмер. Она безрезультатно пыталась вырвать и начинала терять надежду на спасение, когда метким выстрелом о лицо Жана Батиста разбилось тухлое яйцо. На мгновение тот разжал хватку, и этого оказалось достаточно, чтобы бывшая воровка выскочила из его рук.

— Вы думаете, меня можно этим остановить? — парфюмер смахнул желток одним движением руки. Для человека с очень чувствительным обонянием, он на удивление никак не отреагировал на резкий запах. — Я не делаю различий между хорошими запахами и плохими.

Туман из запаха вновь впустил парфюмера в свое нутро, скрывая от снайпера. Выследить Жана Батиста без зрительного контакта было практически невозможно, поэтому Усопп с рогаткой наготове водил взглядом из стороны в сторону и пытался в каждой неясной тени разглядеть убийцу девушек.

— Я могу различить малейшие запахи ваших тел, — раздалось из-за спины снайпера, который выстрелил раньше, чем понял, что на том месте уже никого не было. — Тебя я за километр учую по запаху рвоты и обмоченных штанов.

— Л-лжец! Великий воин моря ничего не боится! — пытался отвертеться Усопп, однако не знал, есть ли специфический запах у дрожащих коленок.

— Про твою подругу могу сказать, с кем она была последние пару раз, — предложил Жан-Батист, продолжая скрываться в тумане. От его слов Нами моментально вспыхнула от гнева.

— А ну не смей! — теперь побить этого парфюмера стало делом чести. Рыжеволосая девушка держала наготове Клима Такт, но не знала, с какой стороны ожидать нападения.

Надо было что-то делать с этим туманом, и срочно, иначе у врага имелось значительное преимущество. Нами соединила холодную и теплую части Клима Такта вместе. Запустив их как бумеранг, они создали мощный поток ветра, который развеял остатки тумана.

— Молодец, Нами-кун! — похвалил накаму Усоп. — Вижу, ты вполне освоилась с гениальным изобретением Усоп-самы.

— Ты такой молодец! Дай я тебя обниму в качестве награды! — никогда прежде Нами не проявляла такой открытой симпатии к снайперу, что заставило его насторожиться.

— Эй! С кем это ты разговариваешь? — Нами встретилась со взглядом другой Нами, но навигатор ясно помнила, что больше не использовала Темпо Миража. Тем более, иллюзии сами не двигаются и не разговаривают.

— Я — настоящая, а эта — самозванка, — сказала одна из Нами. — Если хочешь быть со мной, убей ее.

— Нет, это она самозванка! Я — настоящая! — завопила другая.

Усоп встал перед нелегким выбором. Очевидно, что одна из Нами являлась фальшивкой, но определить, какая именно, парень не мог. Для него они выглядели на одно лицо, поэтому пришлось полагаться на инстинкты. Снайпер взвел рогатку и нацелил на одну из девушек.

— Нет, не стреляй в меня!

— Дурень, в другую сторону!

Усоп переводил рогатку с одной девушки на другую, вызывая идентичную реакцию у обеих. так дело не могло долго продолжаться.

— Эй, Нами, ты ведь хочешь стать сильнее потому, что ты слабая? — Усоп задал вопрос, на который только настоящая Нами могла знать ответ.

— Я слишком гордая, чтобы быть слабой! — стоило одной из Нами выкрикнула правильный ответ, снайпер выстрелил по другой.

Помимо создания изысканных духов Жан Батист мог скопировать индивидуальный для каждого человека набор составляющих запахов и стать на какой-то момент им. Иллюзия развеивалась, стоило хоть немного изменить состав. Все, что потребовалось, — это бутылка духов, позаимствованная у Нами, и одно тухлое яйцо.

— Что ты сделал с моими духами?! Мой величайший шедевр, ты испортил запах, что я создал! — гордость Жана Батиста не терпела издевательства над шедеврами парфюмерного искусства. Он словно замкнулся, обхватив себя руками, и начал бормотать невнятный бред: — Добавить мускуса, скрыть запах яиц настойкой змеи, цитрусовые, понадобится много цитрусовых…

Этим удачно воспользовались Усопп и Нами, вырубив парфюмера ударами Пятитонного Молота и Клима Такта. Зеленый туман полностью развеялся, открывая взгляду тронный зал, который мугивары превратили в поле боя.

***
В тот момент, когда Нами вяла на себя принцессу, Луффи побежал, не обращая внимания на кровавые ожерелья на руках и шее. Дорогу к королю попытались загородить стражники, но фруктовик их даже не заметил. Хитокуи прекрасно видел, что к нему направляется Мугивара, поэтому король решил отвлечь его разговорами.

— Признаться, меня удивил ночной визит светловолосого пирата. Мы уже хотели его съесть, как оказалось, что он один из нас! Мы одинаковые, поэтому он останется здесь, где ему самое место, где его родина, — рассказывал король, не воспринимая Луффи как серьезную угрозу. — Мне был сон, что явится ангел из земли обетованной и поведет нас в новое будущее. Это его миссия!

Мугивара поднимался по ступеням к трону с одной-единственной претензией. Пирата не волновали ни внутренний уклад на острове, ни людоеды, ни прошлое Санджи. С этим было, кому разобраться, а пираты всегда делали только то, что хотели.

— Покорителем Гранд Лайна может быть только Король Пиратов!

Луффи замахнулся во второй раз, уверенный, что на этот раз ему никто не помешает. Амин все также продолжал сидеть на месте, пока в одно мгновение не занес руку над головой.

— Сети! — по команде короля одновременно с нескольких сторон выстрелили сетями со вставками из кайросеки. От двух Луффи удалось уклониться, но третья настигла свою цель.

Хитокуи даже не думал играть по правилам. Естественно, раз островитяне так сильно ненавидели фруктовиков, то должны были быть средства борьбы с ними. Каннибалы не одного пирата на этом съели. Запасы наручников из кайросеки только подтверждали это.

— Остров каннибалов так просто не отпускает своих гостей, особенно пиратов, — Хитокуи поднял свое грузное тело на ноги и начал спускаться к пленнику, качаясь из стороны в сторону при каждом шаге. По сравнению с Луффи он выглядел великаном. — Все ваше станет нашим: деньги, корабль, даже жизни!

— Интересно, насколько хорошо растягивается резиновое мясо? Дайте мне крюки! — кто-то побежал искать нужный предмет, через пару минут Амин получил то, что хотел. Два загнутых острия блестели в безумных глазах. — Я покажу тебе истинное лицо этого острова, единожды каннибал, всегда каннибал. Поднимите его!

Все еще слабого и вялого, двое стражников вытащили Луффи из сетей, взяли под руки и поставили перед лицом короля, хотя скорее лицом к животу. Мугивара поднял голову, чтобы встретиться взглядом с королем каннибалов.

— Я тебя не боюсь! — почти выплюнул Мугивара. Какой-то там жалкий король-убийца не мог остановить Луффи перед исполнением его мечты.

— А стоило бы, — без предупреждения Амин загнал оба крюка Луффи под ребра, пронзая кожу и поднимая пирата на уровень лица. — Хито-хито-хито!

Король вновь пронзительно рассмеялся. Звук его смеха многократно пронесся вдоль всего зала, поднялся к куполу и вернулся обратно в полнейшей тишине.

***
Мечник с коком дрались, не замечая ничего вокруг. Оба сильно устали: проступивший на лице пот и тяжелое дыхание выдавали их с головой. Ни один не хотел уступать или сдаваться, что говорило о равенстве противников.

Санджи показывал, что умеет обращаться с ножами ничуть не хуже, чем Зоро с катанами. Блондин успешно пользовался не только ножами, но и ударами ног, создавая впечатление четырехмечевого стиля. Кок наносил удар за ударом, разодрав мечнику в клочья футболку и исполосовав кожу мелкими порезами.

— Как и ожидалось от чертового мечника, на вкус как акула, — Санджи одним медленным движением слизал кровь с ножа, распробовал на языке ее железный вкус и выдвинул вердикт. Кок много чего в жизни пробовал, и поэтом мог сравнивать. — Ты случайно не рыбочеловек, нет?

— Не вижу в этом ничего особенного, кровь как кровь, — Зоро слизнул с катаны немного крови блондина, чтобы узнать, что такого он в ней нашел. Правда, мечник и не подозревал, какую реакцию это вызовет у Санджи.

— Дурень! Ты хоть понимаешь, что наделал?! — внезапно для Ророноа, Санджи густо покраснел. Блондин всю свою неловкость перевел в гнев на Зоро, пытаясь зацепить ножами и от души пиная ногами. Пара сильных ударов пробила защиту мечника, достигнув цели.

— Что за черт, завитушка? — Ророноа не мог понять, что вызвало такую бурную реакцию у блондина. Ну попробовал его крови, и что с того? Ведь Санджи сделал то же самое, так почему мечнику нельзя было?

— Это. Обряд. Венчания. Кретин! — Санджи вдалбливал каждое слово в голову Зоро пинками, чтобы даже до газоноголового мечника дошло.

Кок с самого детства придавал огромное значение ритуалам и поверьям. Обычно влюбленные рассекали себе ладонь клинком и смешивали свою кровь, держась за руки. Но на родном острове Санджи была распространена более старая версия этого обряда — кровь выпивалась.

— Что за дурацкие традиции? — мечник не признавал никакой религии, кроме веры в себя, и никаких обычаев, которые не имели практического применения.

— Я не выбирал, на каком острове мне родиться! — возразил блондин, добавляя ударов в качестве аргументов.

Человек сам влияет на собственную судьбу, так всегда считал Ророноа. Есть обстоятельства, которые изменить не под силу, такие как рождение и смерть, но только от человека зависит, как они отразятся в дальнейшем. Будущее определяет личный выбор каждого.

— Да, но ты уплыл с него. Вспомни своего старика, — Зоро вспомнил, как глупая поварешка и одноногий шеф-повар на самом деле глубоко заботились друг о друге. Пусть блондин этого не понимал, со стороны всегда заметней.

Кажется, это оказалось не лучшим примером, потому что Санджи застыл на месте. При упоминании Зеффа сигарета выпала изо рта блондина. Кок думал, что до этого не дойдет, но если накама узнали его главный секрет, так пусть узнают всю историю

— Еды, которую он мне дал, не хватило бы на три месяца. Как ты думаешь, я выжил? — два человека, один маленький остров посреди океана, запас еды на ребенка. Санджи мысленно вернулся туда и долго собирался с духом перед ответом. — Он отдал половину ноги мне! Я забрал его силу и мечту вместе с ней!

Кок не воспринимал ничего, кроме мечника перед собой. Из состояния ступора его вывел пронесшийся по залу смех короля, и блондин обратил внимание на трон и подвешенного на крюки Луффи. С одного взгляда было понятно, что капитан в бешенстве, и зол он именно на Санджи. Мугивара прокричал так громко, как только мог в своем положении:

— Санджи! У меня к тебе только один вопрос, ты кормил нас человеческим мясом? — даже на Сером Терминале, когда в свежих помоях не находилось ничего съестного, даже тогда никто бы не посмел убить человека, чтобы употребить его в пищу.

Санджи стоял молча, опустив челку, чтобы она закрывала глаза. Медленно он достал из кармана красных брюк любимые сигареты, со второго раза смог прикурить новую сигарету и от души втянул сладкий дым в легкие.

— Стал бы я использовать настолько паршивые ингредиенты?! — блондин развязал галстук и бросил его на пол, точно также освободившись от последних уз, что связывали его как удавка с этим островом.

Этих слов капитану хватило, чтобы уверится в преданности Санджи, и что он попал под влияние острова. А всем на острове заправлял один человек, следуя логике Луффи, которого и следовало побить. Он вцепился в толстые руки Хитокуи и на одной только силе воли снялся с крюков, нетвердо приземлившись на ноги. Первый же удар Луффи пришелся в круглый живот короля, отбросив того на столь любимый им трон и разнеся его вдребезги.

— Гому-гому но гатлинг! — резиновый человек наносил удары с такой скоростью, что не разбирал, что крушил: стены, трон, стражу и, конечно же, часть ударов доставалась королю. Хитокуи со своей свитой давно отрубились, но Луффи некоторое время еще наносил удары, замедляясь, пока совсем не остановился. И только тогда Луффи объявил: — Возвращаемся на Мэрри!

Мугивары в полном теперь составе, побежали из тронного зала куда глаза глядят, сбивая по пути мешавших стражников и стены. Первым бежал Луфии, за ним — олененок, пытавшийся перевязать неугомонного пациента, а затем — остальные. За командой никто не послал погоню, так как у жителей острова теперь и других проблем хватало, помимо сбежавших пиратов, а люди на улицах лишь смотрели вслед.

Пока команда пиратов Соломенной Шляпы находились без сознания, были закованы в наручники и сражались с каннибалами, небо над островом начинало розоветь.

— Куда опять подевался этот ненормальный кок? — Зоро уже подумал, что блондин кинул их во второй раз, чтобы команда могла уйти с острова. Санджи объявился тогда, когда Нами уже собиралась отчаливать. Мечник встретил его доброжелательным: — Где тебя черти носили?

По пути к кораблю блондин скинул изрезанную жилетку, и теперь в его фигуре было поровну как красного, так и синего цветов. Точно так же в Санджи умудрялись перемешиваться вспыльчивость и спокойствие, сила и понимание, опасность и верность.

— Отправлял посылку в ближайший штаб Морского Дозора, — начал рассказывать Санджи, запрыгнув на палубу в один прыжок. — Разбирать подобные случаи — тоже их работа. После этого они не смогут остаться в стороне.

Только сейчас мугивары поняли, что все осталось позади, и Санджи снова в команде. Не спрашивая никого, Луффи притянул накама в свои резиновые объятия. Он опять мог смеяться как раньше.

— Лог Пос настроен! Что прикажешь, Луффи? — доложила навигатор команды, и все взгляды устремились на Луффи, хотя накама точно знали, что он скажет.

— Курс на следующий остров! — скомандовал капитан, и Гоинг Мэрри тронулась в путь с командой в полном составе на борту.

Глава 4. Постскриптум

За ними никто не погнался, на каждом острове мугивары после себя оставляли погром, бедствия и разрушения. Впервые за долгую историю острова пиратскому кораблю удалось не только пришвартоваться к его причалу, но и уплыть с него в полном составе.

— Вы хоть понимаете, что наделали? — Санджи мерил кухню шагами и выкуривал сигарету за сигаретой. Он успел избавиться от одежды, которую ему дали на острове, и переодеться в свой привычный черный костюм с голубой рубашкой, оттенявшей глаза более мягким светом.

— Конечно, понимаю! — первое слово взял капитан, привычно сидевший во главе стола. — Мы вернули накаму обратно в команду!

— Нет, резиновая башка! Вы вернули проблему! Проб-ле-му! — Санджи пытался растолковать это капитану. Однако тщетно было надеяться, что в его резиновых мозгах хоть что-то останется.

— Ей, мы ведь сможем с ней справиться как-нибудь, — предложил Усопп, который сидел на бочке в своей части кухни, сделанной под мастерскую.

— Заткнись, длинноносый, — грубо прервал его кок. Санджи докурил сигарету до фильтра, бросил ее на пол и с силой затушил ботинком. — Иногда, когда я с вами, я ловлю себя на мысли, что хочу съесть какую-то частичку вас. Порой я не могу думать ни о чем другом.

— Тебе ведь не обязательно нас есть, если на корабле полно еды, — Чоппер отвлекся от руления плавником в направлении, которое ему задала навигатор. Девушке не особо важно было куда плыть, главное — подальше от острова каннибалов.

— А ты вообще молчи, пищевой запас, иначе точно съем и не посмотрю, что фруктовик! — пообещал Санджи, указывая на олененка новой сигаретой. Прикурив, блондин продолжил наматывать круги по кухне. — Дело не в количестве провианта. Чем ближе мне человек, тем сильнее я хочу его съесть.

— Никогда бы не подумала, что услышу от тебя такой комплимент, Санджи-кун, — покачала головой Нами, которая наблюдала за облаками через окно. Ее слова окончательно сбили кока с толку.

— Нет, это был совсем не комплимент! — если бы Санджи делал девушкам комплимент, то он обязательно сопровождался бы возгласом «мелорин» в конце, а сам закрутился бы волчком.

— Сделать их частью себя, чтобы они остались с тобой навсегда, ведь так, кок-сан? — одной фразой Робин передала идеологию родного острова Санджи. В нем до сих пор оставалась частичка его родителей, а так же Зеффа, который поделился с мелким сопляком своей силой.

— Санджи, — от звука своего имени, произнесенного травоголовым мечником, у блондина мурашки пробежали по спине. Зоро единственный стоял в дверях, облокотившись о косяк. — Не думай, что тебе удастся так легко от нас отделаться, нагрубив. Выйдем на минутку.

Мечник кивком головы приказал Санджи идти за ним на корму, где их никто не станет подслушивать. Силуэт острова начал растворяться как кошмарный сон после пробуждения.

— Объясни, что все это значило? — спросил Зоро, скрестив перед собой руки и привалившись о бортик корабля.

Санджи на мгновение захотелось спросить, что мечник имеет в виду, сыграть в эту маленькую игру, где можно притвориться, что ничего не произошло и на следующий день вести себя как обычно, ссориться, драться, мириться и опять драться. Но главное, что тогда бы ничего не изменилось.
Блондин встал рядом с Зоро, докурил сигарету, затушил о перила и выбросил окурок в океан. Он повернулся и, не спрашивая разрешения, притянул мечника для поцелуя, которые не попытался оттолкнуть кока, а лишь повернул голову для удобства, зазвенев сережками. Обряд Венчания нельзя было считать завершенным, если пара не разделила поцелуй. На их губах еще оставался привкус крови — блондина у Зоро, и мечника у Санджи, — их смешанной крови.

— Просто не удивляйся, если мне вдруг захочется стать самым великим мечником в мире, — Санджи оторвался от губ зеленоволосого, облизнувшись напоследок.

Чтобы избежать неловкости, Санджи развернулся и пошел обратно в камбуз. Луффи скоро должен был вспомнить о еде.

— Эй, кок! — крикнул ему Зоро вслед. Блондин сделал вид, что остановился, чтобы прикурить сигарету, но не повернулся. — Давай найдем Олл Блю вместе!

Санджи почувствовал, что ему стало жарко, а галстук стал давить на горло. Не иначе, как они входили в климатическую зону следующего острова.

— Санджи! Завтрак! — голос Луффи прервал их уединение. Команда и, в особенности, капитан не ели целую ночь, нагуляв аппетит.

Кок зашел обратно в камбуз, привычным жестом на ходу закатал рукава, провел руками по скромному набору кухонных приборов, и кончики его пальцев стали приятно покалывать от соприкосновения с ножами, которые ни разу не пробовали вкуса человеческой крови.

Примечания

Несколько примечаний напоследок, чтобы восприятие фанфика было наиболее полным:

* Бриг «Бойд» — английский корабль, что был захвачен каннибалами Новой Гвинеи, а вся его команда съедена. Вики — ru.wikipedia.org/wiki/Резня_на_«Бойде»

* Непентес — насекомоядное растение в виде кувшинки с пищеварительным соком внутри, испускает сладкий запах, чтобы привлечь своих жертв, встречается в Новой Гвинее. Фото — flowerrr.ru/wp-content/gallery/nepentes/truncat...

* Лавка «У Фиша» — отсылка на известного английского каннибала, Альберта Фиша. Прибавка в конце каждого предложения продавца, слово «гьё» — тоже самое, ведь по-японски это значит «рыба». Вики — ru.wikipedia.org/wiki/Альберт_Фиш

* При употреблении в пищу человеческого мяса не возникает чувства тяжести и переедания, с рассказов каннибалов.

* «Сахарный уголок» — отсылка к сериалу My little pony: friendship is magic и гримдарк фику «Кексики» авторства Sergeant Sprinkles про розовую пони-каннибала, которая делала из других кексики и любила играть с едой. Фанарт на фик — iopichio.deviantart.com/art/Pinkamena-et-Rainbo...
Полное имя кондитерши — Пинкамена Дайяна Пай. Никакого отношения к Воле Ди она не имеет)))

* «Сладкие старички» — стариков отправляли в горную местность, где кормили только медом, пока все жидкости организма не приобретали сладковатый привкус, буквально источая мед. Их впоследствии мумифицировали и употребляли для лечения большинства недугов.

* Доктор Ректор — конечно же, отсылка к доктору Лектору, как если бы его имя написали японцы. Помощник в книжном — Уилл Грэм, который нашел с Ганнибалом общий язык в этой вселенной (да, я тоже думаю о пейринге).

* «Бальдини» — отсылка к «Парфюмеру», главный герой которого, Жан-Батист Гренуй мог различать все запахи и особенно любил рыжих девушек. В конце фильма его съедают в качестве проявления истинной человеческой любви. Любимый момент из фильма — dcp.sovserv.ru/media/images/e/4/6/291809.jpg

* Пуп-Пун но Ми — от звука «пун», что означает испускать запах, пахнуть. Позволяет съевшему его человеку выделять различные запахи от самых противных и опасных до концентрированных феромонов.

* Иди Амин — президент Уганды и творец одного из самых жестоких авторитарных режимов в Африке, сам себе присвоил немыслимое количество вымышленных титулов, был каннибалом. Вики — ru.wikipedia.org/wiki/Иди_Амин
Настоятельно рекомендую фильм «Последний король Шотландии» и не только из-за голой задницы Джеймса МакЭвоя.

* Хитокуи — каннибал, людоед по-японски.

* Чоппер говорил о болезни под названием куру, которая поражает головной мозг и развивается преимущественно у каннибалов. Вики — ru.wikipedia.org/wiki/Куру_(болезнь)

@музыка: Kesha - Cannibal

@темы: Зоро, Санджи